Сергей Саава (saavas) wrote,
Сергей Саава
saavas

4.2. Устойчивость власти. Цивилизация майя

Несмотря на наш вывод об авторитаризме как точке равновесия, далеко не все страны на Земле пребывают в перманентном состоянии тирании. С развитием цивилизации и технологий развиваются и формы общественного устройства, в том числе политические институты. Хороший набор исторических примеров разных путей развития государств содержится в работе Дарона Аджемоглу и Джеймса А. Робинсона - Почему одни страны богатые, а другие бедные. Авторы собрали огромное количество фактического материала, но вот выводы, на мой взгляд, сделали предвзятые. Я выбрал из книги самые показательные примеры, из которых можно вывести обобщающие заключения. Кроме того, авторы ввели полезное понятие «экстрактивные институты» — то есть направленные на то, чтобы выжать максимальный доход из эксплуатации одной части общества и направить его на обогащение другой части. Их противоположностью являются инклюзивные институты, распределяющие доходы и активы среди более широкого круга лиц, то есть снижающие имущественное расслоение.


Пример 1. Цивилизация майя. В длительной перспективе экстрактивные институты неустойчивы.
Пример цивилизации майя хорош тем, что развивалась она достаточно обособленно, поэтому мы с большой долей вероятности можем считать траекторию её развития закономерностью, внутренне присущей всем подобным системам.
Первые города майя появились около 500 года до н. э. Однако их век оказался сравнительно недолгим, и уже к I веку н. э. они перестали существовать. Новая эпоха — так называемый классический период — продолжалась с 250 до 900 года; это было время расцвета культуры майя. Но за следующие шестьсот лет и эта цивилизация пришла в упадок: к началу XVI столетия, когда в эти края прибыли испанские конкистадоры, величественные дворцы и храмы майя в Тикале, Паленке и Калакмуле заросли тропическим лесом. Их руины были заново открыты только в XIX веке.
Города майя никогда не были объединены в одно государство, хотя некоторые города находились в подчинении у других. Они были связаны между собой главным образом тем, что их жители говорили на родственных языках (общим числом тридцать один). Кроме того, города часто объединялись в союзы ради войны друг с другом. Мы можем идентифицировать около пятидесяти городов майя по сохранившимся глифам (знакам письменности майя). Майя были хорошими строителями и самостоятельно изобрели строительный цемент. Их сооружения, а также надписи на них служат богатым источником информации о развитии городов майя.

Примерно в 100 году н. э. в городе Тикаль (территория современной Гватемалы) возник новый тип правящей династии. Представители элиты, которые назывались ахавы («правители», «вожди»), консолидировались вокруг царя, который именовался кухуль-ахав («священный владыка»), образовав иерархию аристократов. Священный владыка правил с помощью этой элиты и выполнял функции посредника между людьми и богами. Насколько нам известно, такая политическая система не предполагала никакого участия простого народа, но обеспечивала некоторую стабильность и для него. Кухуль-ахав собирал с земледельцев дань и заставлял работать на строительстве грандиозных государственных сооружений. Экономика Тикаля пережила серьезный подъем. Для нее, как и для экономики других городов майя, были характерны разделение труда и высокий уровень специализации. До нас дошли сведения об искусных гончарах, ткачах, плотниках, слесарях и ювелирах майя. Кроме того, жители Тикаля торговали вулканическим стеклом, шкурами ягуаров, морскими раковинами, какао, солью и птичьими перьями, причем как друг с другом, так и с другими городами майя. У них, по-видимому, была какая-то денежная система, и они, так же как позже ацтеки, использовали бобы какао в качестве валюты.
Новые политические институты Тикаля привели к значительному росту материального благосостояния, при этом большая часть выигрыша, конечно, досталась ахавам и кухуль-ахаву. Эта система окончательно оформилась приблизительно в 300 году н. э. и уже мало менялась в дальнейшем. Мы знаем, что в эту эпоху происходили улучшения в технологиях ирригации и водоснабжения, однако в целом сельскохозяйственные технологии оставались крайне примитивными. Мастерство строителей, художников и ремесленников со временем стало более совершенным, но технологические инновации были редким исключением в экономике.

Богатства, накопленные элитой и кухуль-ахавом в результате контроля над экстрактивными институтами, тратились на разорительные и все более частые войны с соседями. Хроники войн зафиксированы в надписях майя, причем специальный глиф сообщал о том, когда именно по местному календарю произошел конфликт. Надписи также содержат сведения о конфигурации военных союзов и о противостоянии между этими союзами. Более крупные города-государства: Тикаль, Калакмуль, Копан и Паленке — воевали друг с другом, одновременно превращая в своих вассалов города поменьше. Свидетельства этому мы находим в глифах, которые обычно фиксируют престолонаследие: в этот период мы видим, что власть в небольших городах перешла не к законному наследнику, а к правителю соседнего города.
Мы знаем, что коллапс цивилизации майя совпал по времени с крушением политической модели, согласно которой власть была сосредоточена в руках кухуль-ахавов. Сохранившиеся списки правителей показывают, что в Копане после смерти в 810 году кухуль-ахава Йаш-Пасаха верховных правителей уже не было. Примерно в это время опустели и царские дворцы. В двадцати милях к северу от Копана, в Киригуа, последний «царь Нефритового неба» взошел на престол между 795 и 800 годами. Последнее построенное в городе здание датировано 810 годом — годом смерти Йаш-Пасаха. Вскоре опустел и весь город.
Эта история характерна для заката цивилизации майя: политические институты, в свое время обеспечившие условия для развития торговли и сельского хозяйства, для роста населения, вдруг прекратили свое существование, причем внезапно. Дворцы опустели, прекратились пышные придворные церемонии, никто больше не украшал храмы... И как только рухнули политические институты, процесс централизации государства обратился вспять, разразился экономический кризис и население начало быстро сокращаться.
В некоторых случаях крупные города погибли в результате внезапной вспышки насилия. Классическим примером тут может служить Петексбатун (также на территории современной Гватемалы); его величественные храмы были в какой-то момент разрушены ради того, чтобы возвести из полученного камня оборонительные стены. Позже даже в таких городах, как Копан, где изначально насилие не было таким уж частым, многие общественные сооружения и монументы были повреждены или разрушены. В некоторых городах элита смогла остаться у власти даже после свержения кухуль-ахавов. По некоторым данным, в Копане продолжали возводить публичные постройки еще в течение двухсот лет, но и там цивилизация в конце концов сошла на нет. В большинстве же городов элита исчезла сразу после того, как был свергнут «священный владыка».
Имеющиеся у нас археологические данные не дают определенного ответа на вопрос о том, почему кухуль-ахавы были свергнуты, почему окружающая их элита потеряла власть, а политические институты, лежавшие в основе классического периода цивилизации майя, рухнули. Мы знаем, что это было как-то связано с возросшим уровнем насилия внутри самих городов. Аджемоглу и Робинсон придерживаются версии о том, что в городах появилась оппозиция (возможно, в виде какой-то группировки внутри самой элиты) и начались междоусобные распри.
Хотя экстрактивные институты позволили городам майя достичь известного уровня процветания, а элите — разбогатеть и получить возможность строить грандиозные сооружения и создавать уникальные художественные ценности, система оказалась нестабильной. Экстрактивные институты, обогащавшие узкий слой элиты, создавали огромное неравенство и, что еще важнее, обостряли борьбу за контроль над ресурсами между противоборствующими группировками. Этот конфликт в конце концов привел цивилизацию майя к закату.

Со своей стороны я хочу подытожить этот пример следующими выводами:
- тирания оказывается не единственным, а одним из двух устойчивых состояний систем, характерных для ранних цивилизаций. Второе устойчивое состояние – раздробленности и упадка, которое наступает после краткосрочного периода ожесточенных войн и гибели значительной части населения и накопленных богатств.
- спецификой подобных систем являются значительные периоды нахождения в состояниях равновесия: так, период тирании обычно растягивается на несколько веков, за ним следует несколько веков упадка.
- Тирания более прогрессивный тип общественного устройства, чем раздробленные общины. Отсутствие междоусобных войн и связность территории стимулируют торговлю и разделение труда, так что часть прибавочного продукта используется на поиск новых технологий. В результате идёт, пусть медленное, но развитие. При этом тирания не заинтересована в прогрессе и использует избыточный продукт для увековечивания символов собственного могущества. Но и эти немногочисленные накопленные знания и технологии частично утрачиваются в периоды упадка. Как следствие, очередной цикл стартует с точки, в технологическом плане не сильно отличающейся от предыдущей - если и можно говорить и спирали развития, то спираль эта очень пологая.

4.3. Устойчивость власти. Древний Рим
Tags: Новое общество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment